В своей колонке на Wired она объяснила, чему ее научила «очистка» и почему она больше не будет этого делать.

Спустя 16 дней с начала моего бойкота социальных медиа, я смухлевала. Я искала электронную почту одного человека и никак не могла ее найти. Но я знала, что этот человек активно пользуется Twitter. Я залогинилась и написала твит с его упоминанием. Он достаточно быстро мне ответил. То же самое сделал еще один друг, который написал мне в личные сообщения всего одно слово: «Проиграла!». И он был прав. Я проиграла, но это был далеко не в первый раз, когда я прокололась.

В начале прошлого месяца я в третий раз начала свой ежегодный эксперимент по отключению от социальных сетей. Я разлогинилась из всех аккаунтов, переместила иконки в отдельную папку, отключила уведомления и сообщила друзьям, чтобы пользовались телефоном, если хотят со мной связаться. Я предложила читателям Wired присоединиться к моему эксперименту и получила около 100 писем от людей, которые тоже решили испытать себя.

Ну что, как у вас прошло? Мой месяц был длинным и мое твердое стремление к интернет-гигиене быстро улетучивалось. Я много мухлевала.

Некоторые проколы имели под собой цель. Однажды мне понадобился адрес мероприятия, которое я планировала посетить, а приглашение было в Facebook. В другой раз, мне нужно было взять интервью у героя статьи и узнать какие-то детали его биографии перед встречей.

Но в большинстве своем мои проколы были случайны. Я обнаружила (в который раз и в этом году), что социальные сети встроены везде. Мой логин Facebook дублировался в мою систему для аренды автомобиля (Uber), в мою программу для проигрывания музыки для бега (RockMyRun), в приложение для съема квартиры (Airbnb), в приложения для трекинга и навигации езды на велосипеде (MapMyRide). И даже в Rise – социальное приложение, с помощью которого я высылала фотографии еды своему диетологу, который советовал мне есть меньше шоколада и больше шпината. Это вообще можно считать социальным приложением?

Потом я поехала в страну с дорогой мобильной связью и не хотела покупать пакет местного оператора. Я решила воспользоваться Wi-Fi, чтобы позвонить домой, включила Google Hangouts для видео-чата, начала отправлять фото и осталась на связи. Все закончилось. Социальные медиа победили.

Или же мне только показалось, если интерпретировать мою «очистку» не буквально, как полное отсутствие социального ПО. Да, я знаю, что звучу сейчас как диетолог, который говорит, что шоколад можно употреблять умеренно (спросите моего тренера в Rise, она расскажет, что я так и делаю). Но правда в том, что каждый год я запускала эту очистку не для того, чтобы искоренить социальные медиа из своей жизни, а чтобы понять, где они мне помогают, а где встают на пути. Мои проколы подсветили те аспекты жизни, в которых я получаю от интернета наибольшую выгоду (давайте признаемся, что в 2015 году социальные сети и есть Всея Интернет). А в те моменты, когда я не прокалывалась? Я этого не делала, потому что не скучала по Facebook. Вообще.

Тем не менее, вот то лучшее, что со мной произошло во время очистки от соцсетей:

Я читала много новостей. Я читаю их прямо из источника. То, сколько рабочего времени я тратила на соцсети, убивало меня — с этим нужно было что-то делать. Каждое утро я включала свой компьютер, открывала пустой лист и после пары минут написания текста мое внимание рассеивалось. В основном из-за того, что я ненадолго заглядывала в Twitter или Facebook. Или же решала поскроллить обновления своего партнера в Pinterest. Изначально мне казалось удивительно сложно сконцентрировать свое внимание на чем-либо. Но позже я ощутила, как моя сила концентрации растет, и я могу писать в течение более продолжительных периодов времени. А когда мне нужно было передохнуть, я открывала The New York Times, который заменил мне ленту новостей.

Я встретилась со своими друзьями. Я им звонила. Одно слово: неловкость. Потому что, помимо мамы и девушки, я в основном больше никому не звоню. У меня было две модели коммуникации: я лазила по их лентам в социальных сетях, лайкала и комментировала и периодически писала сообщение или письмо. Или же мы договаривались о встрече при встрече. Проблема в том, что мое расписание не позволяет устраивать частые встречи. А в соцсетях я регулярно наблюдаю ностальгические фото из школы или же счастливые фото из отпуска, но понятия не имею, что у моих друзей происходит на самом деле. В прошлом месяце я общалась с одним другом, который собирался расстаться с женой, и с другим, у которого отец очень серьезно заболел. Не могу сказать, что это были продолжительные беседы, однако они были показательны. И в процессе общения с друзьями об их трудностях один-на-один я ощущала более глубокую связь с ними.

Я тратила время. Массу времени. В метро я читала журналы или просто смотрела в пустоту. По утрам я делала кофе или общалась с собакой перед началом рабочего дня вместо просмотра обновлений в соцсетях. В результате это вызвало во мне чувство тревоги. Мне казалось, что все находятся на вечеринке, которую я пропускаю, или обсуждают вещи, о которых я не в курсе. Я терпела FOMO (ощущение отключенности от социальных процессов – ред.), пока оно не прошло, и я не расслабилась. И поскольку я была соединена с меньшим количеством людей, я планировала меньше активностей. Я пропускала кое-что, но перестала переживать об этом. Несмотря на то, что мои субботние дни наполнились свободным временем и пустотой, я наконец почувствовала себя хозяйкой собственной жизни.

Я смирилась со своими проколами. Моменты, в которые я прокалывалась, оказались очень показательны и продемонстрировали мне, в каких ситуациях социальные медиа помогают в моей жизни. Они позволили мне сконцентрироваться на светлой стороне интернета – мгновенном доступе к информации, иногда очень личной, по первому запросу, — в противовес к темной стороне – разрушению сознания из-за постоянной связи с соцсетями. В этом году к концу августа я не ощущала привычно сильной тревоги по поводу своего «возвращения». Я сконцентрировалась на том, что действительно важно и не особо переживала из-за всего остального.

Первого сентября я обновила свою аватарку и просмотрела ленту в Instagram. Потом я отключила компьютер, сделала кофе и почитала газету. В результате, социальные медиа не победили меня, я победила их.


Теги:

ТОБІ СПОДОБАЄТЬСЯ

Кураж тепер online: розклад активностей на тиждень

Улюблена київська барахолка Кураж на період карантину повністю перейшла в онлайн-формат. Майже все, що можна було робити на Куражі, — ...

сергій махно колонка

7 речей, які можуть з’явитися у домівках після пандемії

Онлайн-журнал Dezeen, найкраще медіа про архітектуру за версією The Independent, опублікував роздуми українського архітектора Сергія Махно про те, як можуть ...

UNIT.City запустив серію безкоштовних освітніх проєктів

Чотири нові проєкти покликані об’єднувати людей, які залишаються вдома, роблячи важливі знання доступними та відкриваючи світ нових можливостей віртуальної взаємодії. ...

[М] #stayhome HD

MEGOGO запустив інтерактивний канал, який закликає бути вдома

На медіасервісі MEGOGO розпочав мовлення інтерактивний канал [М] #stayhome HD, який зібрав найдобріші фільми про дружбу та любов. Канал мовитиме ...

9 місяців від концепції до полиці: як дизайнеру не здутися в довгих проєктах

В агентстві Dozen ми часто робимо великі, довгострокові проєкти, такі як «Чумак», «Водный мир», «Флінт», «Жайвір», «Старт». Багато з них ...

Як агенція може працювати без офісу

Агенції Volontaire спокійно вдається працювати без офісу ще з 2018 року. Такий досвід дистанційної роботи може бути корисним і для інших організацій.